– Мне Игорь Александров нравится. Он такой…
Машка завела к глаза к потолку, но так и не нашла там точного определения, каков же из себя Игорь. Но мне это и так очень хорошо известно, потому что Игорь мне и самой нравится. Кроме того, я подозреваю, что он еще многим девчонкам нравится. Если не всем…
Александров – он высокий и спортивный. У него яркие карие глаза и темно-каштановые волосы. Многие женщины специально красятся, чтобы получить такой цвет, а у Игоря он натуральный. Он вообще очень яркий. Наверное, потому всем и нравится. Вот возьмем меня. Я тусклая и незаметная, вроде птицы воробья. Воробьи – они везде водятся, и их никто не замечает. А Игорь – он как какой-нибудь сокол или беркут. У него лицо немного хищноватое, но когда он улыбается, то это делается совсем незаметно. В общем, я здорово задумалась об Игоре, но Машка не дремала. Она тут же и говорит:
– Теперь ты признавайся, кто тебе нравится.
– Никто, – говорю я, потому что не повторяться же мне. Глупо ведь, если ей – Игорь и мне – Игорь.
Машка сразу с кафедры спрыгнула и развопилась на весь класс:
– Ага, про нечестность говорила, а сама нечестная! Я тебе душу открыла, а ты!
Можно подумать, что я ее просила открывать мне душу.
– Ты же клялась! – продолжала возмущаться Машка.
– Я клялась никому про твою любовь не рассказывать, а про себя я и не думала клясться!
– Нет, вы посмотрите на нее! – продолжала возмущаться Машка, непонятно к кому обращаясь, потому что, кроме нас, в кабинете никого не было. – Надо же так бесчеловечно врать!
– Почему ты решила, что я вру? – спросила я.
– Да потому что такого не может быть, чтобы дожить до девятого класса и ни в кого не влюбиться!
– А может, я была влюблена, а потом взяла да и перестала любить… Скажешь, такого не бывает?
– Бывает! Только развлюбляются как раз для того, чтобы тут же снова влюбиться в другого! Женское сердце не терпит пустоты!
– Это твое не терпит, а мое – запросто.